Воображаемый друг  - Стивен Чбоски

Миз Ласко собирается…

Миз Ласко собирается… прямиком в бар.

В школьном автобусе Кристофер сел на место за водителем, мистером Миллером.

Мистер Миллер звонил… своей бывшей жене.

Мистер Миллер… нынче собирается праздновать Рождество со своими детьми.

– Здравствуйте, мистер Миллер, – улыбнулся Кристофер.

– Сел – и сиди. Нечего меня дергать! – рявкнул тот.

Когда Кристофер пришел домой, у мамы были готовы горячие ломтики хлеба и куриный суп. К хлебу он не притронулся, чтобы от сытости не задремать. Ему предстояло дождаться вестей от славного человека.

У мамы рука…

У мамы рука… до сих пор болит после ожога от кофе шептуньи.

– Как дела в школе, солнце? – поинтересовалась мама.

– Нормально, – ответил он.

Рассказывать нельзя…

Рассказывать нельзя… шептунья услышит.

– Что сегодня проходили? – спросила мама.

– Ничего особенного, – сказал он и тут же отбарабанил несколько пунктов поурочного плана миз Ласко.

Мама не догадывается…

Мама не догадывается… что я пойду на все, лишь бы ее защитить.

Поздно вечером, когда мама уснула, Кристофер проскользнул по лестнице в кухню, чтобы налить себе большой стакан молока. Вглядываясь в портрет Эмили Бертович, он пытался определить, наблюдает сейчас за ним шептунья или нет.

Но видел только улыбку Эмили.

Вернув молоко в холодильник, он бесшумно порылся в шкафчике и нашел остатки печенья «Орео». Выложил их на бумажную тарелку. Потом схватил непочатую упаковку белого хлеба «Таун-ток»^[57], чтобы соорудить сэндвич с листом зеленого салата и майонезом. Подчистил улики и на цыпочках спустился в подвал.

Там было сухо и чисто. От стоящего в углу обогревателя исходило уютное домашнее тепло. Кристофер не рассчитывал, что в этом месте появится славный человек. Шептунья первым делом станет искать его именно здесь. Но на всякий случай подготовиться не мешало. Да и страшновато было Кристоферу без него, если честно. Кому понравится всю ночь сидеть без сна в одиночку?

С большим стаканом молока, печеньем и сэндвичем Кристофер направился к дивану. Ему вспомнилось, как в раннем детстве он выставлял на видное место печенье для Санта-Клауса. Мама пекла вкуснейшее печенье с арахисовым маслом, а потом украшала их шоколадными пирамидками «Хершиз киссез». На еще не остывших кругляшках шоколад подтаивал. Мама чмокала Кристофера в обе щеки и спрашивала: «Где же мои шоколадные поцелуйчики?» Он смеялся, а затем раскладывал печенье на блюдце, относил под елку и рядом оставлял стаканчик молока для Санты.

А потом ему поневоле вспомнилось кое-что другое. Как-то рождественской ночью он вскочил затемно. Не удержался, хотя мама предупреждала, что этого делать нельзя, потому что Санта не любит баловства. Перед Рождеством Кристофер попросил у Санты мягкую игрушку – Плохого Кота, но Санта ведь мог забыть. Кристофер на цыпочках пробрался по коридору их вагонообразной квартиры и сунул нос в гостиную. Где и увидел отца.

Тот уминал печенье и запивал молоком.

Через некоторое время отец Кристофера, опустив блюдце с недоеденным угощением для Санта-Клауса на стол, подошел к стенному шкафу. Достал наволочку-мешок, спрятанную за стопкой постельного белья. А затем принялся извлекать из нее красиво упакованные подарки, чтобы разложить их под елкой. Последним стал объемистый сверток в цветной бумаге с изображениями Плохого Кота. Сделав дело, отец Кристофера перешел на кухню и уже там доел печенье. Одно за другим, в полной тишине. А Кристофер побрел назад по коридору и лег спать.

Наутро Кристофер первым делом взялся за объемистый сверток с портретами Плохого Кота.

– Как по-твоему, Кристофер, что там может быть? – спросила мама.

– Не знаю, – тихо сказал Кристофер.

Он распаковал нарядный сверток и увидел мягкую игрушку – свое любимейшее животное.

– Приятно получить такой подарок от Санта-Клауса, верно? – спросил папа.

Кристофер послушно кивнул, прекрасно зная, что подарки разложил под елкой папа и никто другой. В тот день они пошли в церковь, и Кристофер услышал, как другие дети с восторгом описывают подарки, которые принес им Санта-Клаус. У Кристофера не хватило духу испортить им праздник. Он никому не сказал, что Санта – это воображаемый друг. До вечера Кристофер притворялся, что ничего не произошло, и только улыбался, когда мать стала фотографировать отца у той постылой елки. Теперь этот снимок в серебряной рамке стоял наверху, в комнате Кристофера, на книжном шкафу. Для отца то Рождество стало последним. Через неделю он умер в ванне. На следующее Рождество мама опять напекла арахисового печенья с расплавленным шоколадом в серединке и поставила под елку, приговаривая: «Где же мои шоколадные поцелуйчики?» Наутро ни молока, ни печенья под елкой не оказалось; их место заняли подарки. Отца у Кристофера больше не было. А Санта-Клаус никуда не делся.

Оставив печенье «Орео» и молоко на приставном столике, Кристофер подошел к плоскому чемодану. Откинул крышку и перебрал содержимое, хранившее едва уловимый запах табачного дыма. У отца был любимый свитер, теплый, но не колючий. Пара однотонных слаксов, выношенных до пижамной мягкости штанов. Эти вещи, вместе со спальным мешком и подушкой, перекочевали на диван. А Кристофер в полной тишине старался думать как можно громче, чтобы славный человек его услышал.

Не знаю, надежно ли для тебя это укрытие. Понимаю, что переговорить с тобой вслух не получится – наверняка она шпионит. Надеюсь, ты услышишь мои мысли. Приготовил тебе перекусить – ты, наверное, оголодал на собачьем корме. Если она что-нибудь заподозрит, сделаю вид, что приготовил это для себя и забыл. Оставляю тебе также спальный мешок для отдыха на этой лежанке.

Кристофер расправил на диване старую отцовскую одежду.

Это папины вещи. Не уверен, что они сгодятся по размеру, но знаю, что твое одеяние задубело от крови и грязи. Надеюсь, кое-как втиснешься – хотя бы приятнее к телу будет. Ой, чуть не забыл…

Кристофер полез в карман и достал весь свой запас аспирина.

У меня теперь все время болит голова, так что без этих таблеток я никуда. Они также немного помогают от озноба. Но я видел, как она тебя истерзала, так что забирай это лекарство, оно приглушает боль. Я завтра еще раздобуду. А ты восстанавливай силы, чтобы вы с Дэвидом смогли заполучить ключ и сбежать.